Многим кажется, что лучший способ справиться с выгоранием — резко сменить сферу деятельности: уйти из офиса, отказаться от цифровой среды, переехать ближе к природе и начать все заново. Но на практике такой шаг помогает не всегда, потому что внешняя смена профессии не решает внутренних причин истощения автоматически. О том, когда переход в другую сферу действительно может помочь, а когда речь идет не о выгорании, а о потере смысла и интереса, объясняет Вера Борисовна Никишина, доктор психологических наук, профессор, директор Института клинической психологии и социальной работы (ИКПСР), заведующий кафедрой клинической психологии ИКПСР Пироговского Университета Минздрава России.
Может ли помочь смена работы (например если человек работал цифровым аналитиком и решил уехать работать в сферу сельского хозяйства) выгоревшему сотруднику?
Когда в медицинский и психологический оборот вошло понятие «эмоциональное выгорание», оно изначально описывало дисфункциональное состояние, которое возникало в профессиональной деятельности в системе «человек–человек». Затем оно расширилось на все виды деятельности и по факту потеряло свое специфическое содержание, в котором именно эмоциогенность отношений, конфликтность и насыщенность взаимодействий в системе «человек–человек» создавали природу этого дисфункционального состояния.
Соответственно, мы часто в житейских обстоятельствах, используем этот термин на все случаи жизни. При этом ответ на вопрос, будет ли радикальная смена условий профессиональной деятельности профилактикой эмоционального выгорания, неоднозначен. Если мы действительно говорим о профилактике выгорания, то в целом — почему нет. Однако если человек испытывает экзистенциальные переживания, связанные с потерей смысла, потерей интереса к профессиональной деятельности, но при этом не утомлен и не перенасыщен этой деятельностью, то, скорее всего, это будет другое состояние.
В этом смысле человеку надо понимать: куда он уходит, от чего он уходит и зачем он уходит. Если есть четкие, конкретные ответы на эти вопросы, то, пожалуйста, пусть идет. Это может быть переход «из цифры в природу», «из природы в цифру» или какие-то иные траектории, в которых человек хочет себя попробовать. Но в принципе сам по себе побег из условий деятельности прямого отношения к профилактике выгорания не имеет.
Прежде чем уходить, нужно ответить на вопрос: что повреждено? Например, мотивация или умственная работоспособность. Или что-то совершенно конкретное. И человек должен понимать, что эти проявления дисфункциональности он должен исключить в условиях той деятельности, в которую хочет перейти. Это самое главное условие. То есть я осознанно перехожу туда, где тех самых факторов, которые вызвали дисфункциональное состояние, нет. И перехожу я не убегая, а понимая, куда и зачем переходить есть смысл.
По большому счету, сельское хозяйство или вообще сектор «природа» имеет гораздо меньше таких вредоносных влияний по сравнению с системами, перенасыщенными, например, информацией, такими как «человек–цифра» или «человек–человек». Но при этом, если изначально данные условия профессиональной деятельности категорически не принимались человеком, то вопрос, почувствует ли он себя в них комфортно, уже будучи истощенным, утомленным и дисфункциональным, остается открытым.